Главная » Статьи » Иран » Советско-иранские отношения

К событиям в Иране
Добавлено 21.02.2021, 00:33

Известия, 4 ноября 1944, № 263 (8565), стр. 3

К событиям в Иране

29 января 1942 года иранское правительство подписало, правда не без колебаний и раздумий, договор о союзе с Советским Союзом и Великобританией. Договор явился поворотным пунктом в политике Ирана. С подписанием этого договора Иран вступил на путь тесного сотрудничества с союзниками в войне против гитлеровской Германии.

Установление союза Ирана с Советским Союзом и Великобританией знаменовало собой полное банкротство антисоюзнической и антисоветской внешней политики бывшего шаха Ирана Реза Пехлеви РЕЗА-ШАХ
ПЕХЛЕВИ
(1878 — 1944)
шах Ирана 15 декабря 1925 — 16 сентября 1941, основатель династии Пехлеви. (См.: Биографию)
, противоречившей коренным национальным интересам самого Ирана.

Советский Союз неизменно осуществлял в отношения Ирана дружественную политику и содействовал его развитию как самостоятельного и независимого государства. Имея с Ираном границу протяжением в 2.000 км. к которой примыкают важнейшие нефтеносные районы страны, Советский Союз, естественно, озабочен тем, чтобы Иран не был использован в качестве плацдарма для деятельности враждебных ему сил. В соответствии с этим СССР не только сочувствовал, но и содействовал борьбе Ирана за экономическую и политическую самостоятельность. Он впервые отказался от неравноправных договоров, навязанных Ирану, и признал принцип равенства и уважения суверенных прав Ирана, в соответствии с которыми Иран позднее установил свои отношения и с другими странами. СССР содействовал борьбе Ирана за отмену режима капитуляций, установление самостоятельных тарифов, введение монополии внешней торговли и т. д.

Однако эта дружественная политика Советского Союза в отношении своего соседа не всегда встречала должное понимание со стороны правящих кругов Ирана. После завершения борьбы за объединение страны и утверждение её политической независимости Реза шах стал проводить в отношении СССР все более и более неприязненную политику. Во внешней политике иранского правительства намечается тенденция к отчуждению Ирана от Советского Союза, к нарушению сложившихся между ними тесных экономических и культурных связей. Оживленные торговые связи с Советским Союзом постепенно ослабляются, во вред экономическим интересам самого Ирана, особенно его северных провинций. Многие советские хозяйственные и культурные учреждения в Иране по требованию иранских властей были закрыты, лица, лойяльно относящиеся к СССР, стали подвергаться преследованиям. Иранское правительство начинает нарушать обязательства, принятые им по договорам и соглашениям. В частности, согласно ст. 13 договора 1921 года иранское правительство обязалось не передавать иностранным государствам и их гражданам территории бывших русских концессий в Иране, добровольно и безвозмездно уступленных Ирану по указанному выше договору. Эта оговорка была продиктована интересами безопасности Советского Союза, поскольку территории концессий располагались непосредственно у его южных границ. Однако иранское правительство неоднократно нарушало это условие договора. Так, например, в 1921 году иранское правительство предоставило американской компании «Стандарт ойл» нефтяную концессию в пяти северных провинциях Ирана (Азербайджан, Гилян, Мазандеран, Горган и Хорасан), где ранее находились русские концессии. Эта концессия была аннулирована в силу нарушения компанией концессионного договора. В 1923 году иранское правительство предоставляло нефтяную концессию на севере Ирана американской компании «Синклер». 16 января 1937 года иранский меджлис утвердил концессию американской компании «Делавар» в восточной и северо-восточной частях Ирана. Концессия захватывала часть территории бывших русских концессий. Концессия не была реализована самой компанией. В марте 1939 года меджлис утвердил договор с голландским обществом «Альгемейне Эксплорацие» на передачу последнему права изысканий и эксплоатации нефти в северных провинциях Ирана, включая часть бывших территорий русских концессий. Причем граница северного участка концессии проходила в десяти км от берега Каспийского моря. Несмотря на законные протесты советской стороны, иранское правительство отказалось расторгнуть договор с голландским обществом. Концессия была аннулирована только в начале 1944 года. Охотно привлекая концессионеров других стран, иранское правительство всячески препятствовало деятельности советско-иранского акционерного общества «Кевир Хуриан», организованного для разводки и добычи нефти в районе Семнана.

Осуществляя в последние годы перед войной все более враждебную политику в отношения СССР, иранское правительство взяло курс на сближение с гитлеровской Германией, желая, по-водимому, использовать ее в качестве противовеса Советскому Союзу и Англии. На деле, однако, гитлеровская Германия использовала Иран в своих захватнических целях. Гитлеровская агентура буквально наводнила Иран под видом «специалистов», «представителей торгово-промышленных фирм», «советников», «туристов» и т. д. Видные агенты немецкой разведки Франц Майер, Шульц, Раданович, Гамотта и другие создали в Иране разветвленную сеть шпионских и диверсионных организаций. Франц Майер и Шульц организовали партию «Меллиюн» («Националист»), в которую вошли реакционные, профашистские элементы страны. Партия ставила целью поднять восстание кашкайских и бахтиарских племен на юге страны, совершить государственный переворот, нанести с тыла удар по союзникам, открыв свободный путь для вступления немецких войск в Иран через Кавказ. С разгромом армий на Кавказе планы гитлеровской агентуры потерпели крах. Тогда они решили перейти к диверсионной и террористической деятельности. Диверсанты и шпионы, однако, были разоблачены и арестованы.

С разгромом организации «Меллиюн» деятельность реакционных профашистски настроенных элементов не прекратилась. Они продолжают влиять на политическую жизнь Ирана. До сих пор их влияние отражается в колебаниях курса внешней политики Ирана, в особенности, политики нынешнего правительства, возглавляемого Саедом.

Выдавая себя за друга Советского Союза и сторонника искреннего сотрудничества с союзниками, Саед на деле проявляет явное лицемерие и двурушничество. Достаточно привести следующие факты, показывающие, насколько расходятся действия Саеда с его заявлениями и заверениями.

Так, например, когда происходили аресты участников организации «Меллиюн», Саед упорно сопротивлялся привлечению к ответственности и наказанию этих гитлеровских агентов. Неоднократные устные и письменные представления союзников о необходимости принятия решительных мер в отношении преступных профашистских элементов, совершающих диверсионные акты и нарушающих бесперебойную работу транспорта и телеграфно-телефонной связи, оставлялись правительством Саеда без последствий. Лица, занимающиеся массовыми хищениями военных грузов, оставались безнаказанными, хотя совершенно ясно, что иранское правительство как союзник Советского Союза и Англии должно быть заинтересовано в бесперебойности транспортировки грузов и в обеспечении их сохранности, поскольку они предназначены для снабжения армии союзной страны, ведущей борьбу против общего врага — гитлеровской Германии. Более того, многие преступники, задержанные при порче телеграфно-телефонных линий и хищении грузов, иранскими властями были освобождены.

Отношение правительства Саеда к вопросам борьбы с гитлеровской агентурой и обеспечения бесперебойности движения военных грузов и сохранности их нельзя рассматривать иначе, как уклонение от выполнения обязательств, принятых Ираном по союзному договору.

Лицемерное и недружелюбное отношение Саеда к Советскому Союзу ярко проявилось в решении, принятом возглавляемым им кабинетом по вопросу о предоставлении Советскому Союзу нефтяной концессии.

В сентябре месяце Заместитель Народного Комиссара Иностранных Дел тов. Кавтарадзе передал Саеду предложение советского правительства о предоставлении СССР нефтяной концессии на севере Ирана. Премьер Саед в беседах с тов. Кавтарадзе высказал благоприятное отношение к этому предложению и обещал оказать со своей стороны всяческое содействие. Однако, спустя некоторое время возглавляемый им кабинет вынес решение отложить обсуждение этого вопроса на послевоенное время, не пожелав даже выслушать и рассмотреть предлагаемые советской стороной условия. Это решение Саед мотивировал необходимостью выждать, когда экономическая и политическая обстановка станет яснее. Но в каком отношении международная политическая обстановка кажется правительству Саеда неясной? Почему нужно выжидать прекращения военных действий, когда территория Ирана находится вне войны? Каким образом современная обстановка может препятствовать подготовке более широких экономических связей Ирана с дружественной соседней страной в послевоенное время?

Ясно, что решение правительства Саеда вызвано не неясностью современной обстановки, но недоброжелательным отношением к Советскому Союзу.

В основе этого решения лежат те же мотивы, которыми определялась враждебная СССР и, вместе с тем, глубоко вредная для интересов самого Ирана политика Реза шаха, которую Саед, в качестве его посла в Москве, ревностно осуществлял. В Советском Союзе не могут рассматривать подобное поведение премьера Саеда и возглавляемого им правительства, иначе как проявление влияния тех реакционных иранских элементов, которые стремятся всеми мерами воспрепятствовать сближению между СССР и Ираном, расширению политических, экономических и культурных связей между ними.

Правительство Саеда пытается сослаться на то, что оно руководствуется принципом равновесия и что оно одинаково отнеслось к предложениям СССР, Англии и США о предоставлении им нефтяных концессий. Но эта ссылка не является убедительной. Как известно, Англия имеет уже обширную нефтяную концессию на юге Ирана. Почему же Советский Союз должен получить отказ на свое предложение о нефтяной концессии в Северном Иране, несмотря на выгодные для Ирана условия? Как мы видели, иранское правительство охотно предоставляло концессии также американским компаниям. Кроме того, иранское правительство в течение этого года вело переговоры с представителями американских и английских компаний об условиях предоставления им концессий на юге Ирана. Но достаточно было сделать Советскому Союзу заявление о желании получить концессию на севере Ирана, как правительство Саеда приняло немедленно отрицательное решение, не пожелав даже ознакомиться с условиями предлагаемой концессии. Иранская газета «Дад» в статье «Политика равновесия» пишет:

«Принцип равновесия был нарушен уже при выдаче концессий на эксплоатацию нефти в Южном Иране. Затем он систематически нарушался при Реза шахе, который старался испортить торговые, политические и другие отношения Ирана с СССР. В настоящее время правительство и меджлис также ведут одностороннюю политику, сторонники которой занимают все важные государственные посты. Этой политикой объясняется то, что все мандаты депутатов меджлиса от Южного Ирана были без всякой задержки утверждены, хотя среди них было очень много сомнительных, в то время как мандаты некоторых депутатов Северного Ирана отвергнуты, а утверждение других мандатов недопустимо затягивается. Склонность правительства к односторонней политике особенно ясно проявилась сейчас при решении вопроса о нефтяной концессии».

Этим именно объясняется тот факт, что вокруг Саеда объединились все реакционные элементы и что наиболее горячим его приверженцем оказался небезызвестный Сеид-Зия-Эд-Дин СЕИД ЗИЯ ЭД-ДИН
Табатабаи
(1888 — 1969)
иранский политический и государственный деятель, организатор гос. переворота 1921. Премьер-министр Ирана 21 февраля — 4 июня 1921. Член парламента Ирана 7 марта 1944 - 12 марта 1946.(См.: Биографию)
— человек, который давно сделал своей профессией торговлю честью и независимостью своей родины в интересах своих иностранных хозяев и который в течение двадцати лет не решался появиться в Иране. В своей крикливой газете «Раад» он возводит решение правительства Саеда не предоставлять концессии до окончания войны в «патриотический подвиг». Но что может быть патриотичного в отклонении предложения, которое могло лишь создать более широкую экономическую основу для дружественных отношений между Ираном и соседним с ним союзным государством, содействовать развитию естественных богатств северных районов, увеличению заработков населения, укреплению финансов и благосостояния Ирана? Следует сказать, что широкие круги иранской общественности понимают, что решение кабинета Саеда продиктовано отнюдь не патриотической заботой о независимости Ирана, а давлением и влиянием врагов советско-иранской дружбы. Так, например, газета «Ажир» пишет:

«Эти господа, подрывая нашу дружбу с СССР, забывают, что только благодаря новому строю в СССР была сохранена наша независимость... Дружба с народами СССР — порука нашей свободы и независимости. Эту дружбу необходимо укрепить договорами и экономическими концессиями».

Ряд иранских газет указывает, что премьер Саед стал орудием реакции, что реакционеры толкают его на проведение реакционной недружелюбной к Советскому Союзу политики, что он стал послушным инструментом в руках Сеид-Зия-Эд-Дина и стоящих за его спиной реакционных клик, которые не имеют ничего общего с действительным иранским патриотизмом. Чувствуя, как видно, слабость поддержки со стороны широких кругов иранской общественности, Сеид-Зия-Эд-Дин прибег к следующему трюку. Он опубликовал в своей газете «Раад» сообщение о том, что американский посол в Иране направил премьеру Саеду письмо, в котором указывается, что решение иранского правительства не предоставлять концессии до окончания войны не вызовет в американских кругах ни сожаления, ни огорчения, так как Иран является независимым государством. Но на независимость Ирана никто и не покушается, когда дело идет о нефтяной концессии для Советского Союза на севере Ирана. Газета Сеид-Зия-Эд-Дина деликатно обходит, однако, молчанием вопрос о том, как увязывается с суверенитетом и независимостью Ирана факт пребывания на его территории войск другого государства без какого-либо договора с Ираном. Как известно, кроме советских и британских войск, находящихся на иранской территории согласно союзного договора, в Иране находятся также американские войска, но эти войска пребывают там вовсе без договора с иранским правительством.

Следует сказать, что широкие круги иранской общественности понимают, что премьер Саед пытается толкнуть страну на вредный путь ухудшения отношений с соседним союзным государством, при содействии которого Иран приобрел свою политическую самостоятельность и независимость. Об этом свидетельствуют резкие выступления иранских газет против Саеда и массовые митинги и демонстрации в Тегеране, Тавризе, Исфагани, Реште и других городах с требованием немедленной отставки кабинета Саеда. Широкие круги общественности требуют смены правительства Саеда, так как понимают, что продолжение проводимой им политики наносит серьёзный вред интересам Ирана.

И. СВЕТЛОВ.


Категория: Советско-иранские переговоры о нефтяной концессии 1944—1946, Советско-иранские отношения, Статьи по датам | Просмотров: 20 |