Главная » Статьи » Союз Советских Социалистических Республик » Советско-югославские отношения

Ответ Советского правительства Югославскому правительству
Добавлено 29.10.2020, 19:38

Правда, 12 августа 1949, № 224 (11331), стр. 2

Ответ Советского правительства Югославскому правительству

Как уже сообщалось в печати, 19 июля Советское правительство направило правительству Югославии ноту с ответов на югославскую ноту по поводу позиции Советского Союза в отношении требований Югославии к Австрии в связи с обсуждением проекта австрийского договора.

3 августа Югославское правительство прислало Советскому правительству новую ноту по этому вопросу.

11 августа Советское правительство направило правительству Югославии ответную ноту следующего содержания:

«Правительство Советского Союза в связи с нотой Правительства Югославии от 3 августа с. г. считает необходимым заявить нижеследующее.

Правительство СССР проходит мимо неприличного тона ноты Югославского правительства от 3 августа. Оно проходит также мимо клеветнических измышлений Югославского правительства насчет внешней политики СССР, взятых из арсенала фашистов. Ничего другого и не ожидало Советское правительство от нынешнего Югославского правительства, ибо нет ничего удивительного в том, что Югославское правительство, перебежавшее из лагеря социализма и демократии в лагерь иностранного капитала и реакции, нарушает элементарные законы приличия в переписке между двумя правительствами и повторяет вслед за фашистами клеветнические обвинения против Советского Союза.

Перейдем к фактам.

1. После окопчзиия второй мировой войны Югославское правительство сформулировало свои экономические и территориальные претензии в Австрии с требованием передать Югославии Словенскую Каринтию и словенские пограничные районы Штирии обшей площадью в 2.600 кв. клм. с населением около 190 тыс. человек. Советское правительство обязалось защищать эти претензия и защищало их на сессиях Совета Министров Иностранных Дел против США, Англии и Франции.

В апреле 1947 года заместитель премьера Югославии г. Кардель обратился от имени Югославского правительства к А. Я. Вышинскому со специальным письмом, где он излагает новую позицию Югославского правительств по части югославских претензий к Австрии. Суть этой новой позиции, как видно из письма г. Кардедя, состоит в том, что Югославской правительство не рассчитывает на удовлетворение претензий Югославии со стороны западных держав, ввиду чего предлагается отказаться от Словенской Каринтии и ограничиться требованием небольшой территории около двух электростанций на рекеке Драва. Кардель пишет: «Вопрос можно решить небольшой пограничной поправкой, для которой представляю Вам проект двух вариантов, а, в крайнем случав, его можно решить установлением особых прав Федеративной Народной Республики Югославии в управлении этих станций».

Что это за варианты? Первый вариант сводится к передаче Югославии 210 вв. клм. австрийской территории с населением 9.396 жителей. Второй вариант ограничивается передачей Югославии 63 кв. клм. с 3.150 жит. Но здесь имеется и третий вариант. Он выражен в письме Карделя указанной выше формулой: «Вопрос можно решить небольшой пограничной поправкой, для которой представляю Вам проект двух вариантов, а, а крайнем случав, его можно решить установлением особых прав Федеративной Народной Республики Югославии в упрамеюш этих станций». Иначе говоря. Югославское правптмьетоо откалывается от всяких герриториальмых претензий к Австрии, ограничивая свои требования обеспечением особых прав Югославии в деле управления двумя электростанциями на чужой территории. Следовательно, Югославское правительство уже в апреле 1947 года считало необходимым отказаться не только от Словенской Каринтии и не только от небольшой территории из состава Словенской Каринтии, но и от всяких территориальных претензий к Австрии.

Это было в то время, когда Советское правительство на совещаниях с представителями западных держав отстаивало Словенскую Каринтию для Югославии.

Таков неоспорвный факт.

Югославское прашттельстпо в своей ноте от 3 августа квалифицирует отказ от Словенской Каринтии как измену, как предательство интересов словенского населения Каринтии, как нарушение прав национального самоопределения, как выражение империалистический политики, как превращение Словенской Каринтии в разменную монету и т. п. Если здесь действительно имеет место измена и предательство интересов Югославии, то предателем и изменником, как видно из письма Карделя, нужно считать Югославское правительство и только Югославские правительство.

2. Казалось бы, что Югославское правительство, идя на такие уступки и отказываясь от своих территориальных претензий, должно было бы взять на себя ответственность за такую позицию. Но Югославское правительство рассчитало иначе. Оно считало, что об этих уступках должно заявить Советское правительство от своего собственного имени, взяв на себя инициативу и всю ответственность за это дело. Что же касается Югославского правительства, то оно должно остаться в стороне и оно не должно брать на себя никакой ответственности за отказ от Словенской Каринтии, признанный необходимым Югославским правительством в апреле 1947 года. Когда в августе 1947 года советский посол Лаврентьев на приеме спросил премьера Югославии Тито в присутствии Карделя — намерено ли Югославское правительство официально заявить о своей новой позиции, Тито заявил, как это видно из записи советского посла, что еслн потребуют официального заявления Югославского правительства об отказе от дальнейших требований на Словенскую Каринтию, то такого рода заявления Югославское правительство сделать не сможет. Югославия скорее откажется от своих минимальных требований, чем сделает подобного рода заявление.

Следовательно, по плану Югославского правительства Советское правительство должно было взять на себя ответственность за отказ от Словенской Каринтии и, вообще, от всяких территориальных претензий Югославии, а Югославское правительство должно было оставаться в стороне с тем, чтобы создать в глазах югославских народов ложное впечатление о том, что Югославское правительство продолжает якобы оставаться на старых позициях отстаивания Словенской Каринтии для Югославии, что, стало быть, отказ от Словенской Каринтии исходит не от Югославского правительства, а от Советского правительства. Короче говоря, Советскому правительству предлагали стать орудием обмана народов Югославии, обмана, затеянного Югославским правительством. Югославское правительство в своей наивности предполагало, что Советское правительство пойдет на это политическое жульничество.

Понятно, что Советское правительство не могло пойти на эту грязную махинацию. Советское правительство заявило, что оно готово защищать претензии Югославии, если Югославское правительство честно и официально, с полной ответственностью сформулирует эти претензии, но что оно не может взять на себя защиту претензий, от которых на деле отказывается Югославское правительство.

В свете этих фактов Мининдел СССР считает необходимым опровергнуть утверждение Югославского правительства в ноте от 3 августа, будто бы представители Советского правительства предлагали когда-либо, чтобы Югославия уменьшила свои территориальные требования. Лживость такого утверждения видна уже из того, что еще в ноябре 1947 года советский посол в Югославии на запрос Югославского министерства иностранных дел сообщил последнему, что СССР не видит оснований для уменьшения Югославией своих территориальных претензий к Австрии. Далее, в 1948 году, когда министр иностранных дел Югославии г. Симич сделал советскому послу заявление о том, что будто бы советский посол в Лондоне Зарубин рекомендовал югославскому представителю Беблеру выступить на совещании заместителей министров по австрийскому договору с таким предложением по поводу территориальных претензий Югославии, которое радикально отличалось от первоначальных югославских требований в сторону уменьшения югославских требований, советский посол Лаврентьев ответил:

«Весной в Лондоне Беблер предлагал советскому представителю Коктомову, уполномоченному для переговоров по австрийскому договору, внести на совещание представителей четырех держав предложение с уменьшенными территориальными претензиями Югославии к Австрии. То же самое Беблер предлагал в беседе с советским послом в Лондоне Зарубиным. Это предложение Беблера было отклонено Коктомовым, а также советским послом Зарубиным. При этом Беблеру было указано, что советская делегация поддержит те предложения, которые официально будут сделаны самой югославской делегацией».

3. Одновременно с этим, как выяснялось впосдедствии, Югославское правительство вело за спиной Советского правительства тайные переговоры с представителями Англии в Белграде и Лондоне, сговариваясь с ними скрытно от СССР об отказе от Словенской Каринтии. Несмотря на то, что Советский Союз имеет союзный договор с Югославией, Советское правительство до сих пор это не знает, на чем сговорились эти господа. Югославское правительство утверждает, что в этих переговорах не было ничего тайного от СССР, ссылаясь при этом на письмо г. Карделя к А. Я. Вышинскому. Но в письме Карделя ничего не сказано о том, что Югославское правительство собирается вести переговоры с представителями Англии на указанной базе. Никаких намеков на это не было и в беседах продставителей Югославии с представителями Советского Союза. Более того, указанные закулисные переговоры с представителями Англии уже были закончены, но Югославское правительство продолжало скрывать от Советского правительства результаты этих переговоров и не сочло нужным информировать о них Советское правительство. С тех пор прошло уже два года, а Советскому правительству до сего времени не известно, чем кончились эти закулисные переговоры и против кого они были направлены, ибо то, что Югославское правительство, припертое к стене советским послом, сообщило ему об этих закулисных переговорах, не составляет и десятой доли того, что на деле произошло на переговорах. Несомненно одно, что во время этих закулисных переговоров состоялась сделка за счет интересов словен в Каринтии — в ущерб национальным правам Югославии.

4. В югославской ноте лживо и клеветнически указывается, что Советское правительство не желает опровергнуть сообщения австрийской печати о якобы «имеющемся обещании, которое дал Сталин президенту Австрийской республики Реннеру о гарантии австрийских границ 1938 года». Югославскому правительству известно, что подобные сообщения австрийской печати являются вымышленными и лживыми. Югославскому правительству, которое было ознакомлено через своего посла в Москве Поповича с содержанием упомянутого письма, известно также, что в этом письме вообще не было и речи «о гарантиях австрийских границ» и в силу этого не было никакой необходимости выступать с опровержением лживых сообщений австрийской печати. Теперь Югославское правительстве предъявляет смехотворную претензию по поводу того, что это сообщение никогда не опровергалось советскими органами. Между тем, само Югославское правительство, как это ему известно, высказалось в то время против каких бы то ни было опровержений.

Выходит, что в своем рвении оклеветать Советский Союз Югославское правительство вынуждено само себя опровергать.

5. Все эти обстоятельства привели Советское правительство к выводу, что Югославское правительство нарушает союзные обязательства в отношении СССР; что оно ведет себя не как союзник, а как противник Советского Союза; что какие-то крепкие нити связывают Югославское правительство или главных лиц этого правительства с лагерем иностранных капиталистов; что Югославское правительство все больше и больше смыкается с империалистическими кругами против СССР и блокируется с ними; что Советское правительство не может больше считать Югославское правительство союзником Советского Союза; что Советское правительство не может больше поддерживать претензии Югославского правительства, особенно те претензии, от которых отказалось само Югославское правительство, хотя и скрывает от народов Юсославии этот свой отказ; что если Югославское правительство предпочитает единый фронт с империалистическими кругами единому фронту с Советским Союзом, то пусть эти круги и поддерживают его претензии.

Что касается последней сессии Совета Министров в Париже, Советскому правительству стало ясно, что Югославское правительство осуществляет свой двурушнический план в вопросе о Словенской Каринтии, заключающийся в том, что оно официально будет защищать передачу Словенской Каринтии Югославской республике, в то время как на деле Югославское правительство в тайных от СССР переговорах уже осуществляет сговор с западными державами о сдаче этой позиции и об отказе от Словенской Каринтии. Естественно, что Советское правительство не пожелало иметь никакого отношения к этой политике обмана народов Югославии со стороны Югославского правительств и не должно было защищать позиции, от которой на деле отказалось Югославское правительство еще в апреле 1947 г. в письме Карделя Вышинскому.

6. Югославское правительство в своей ноте выражает возмущение тем, что Министр Иностранных Дел Советского Союза отказался принять в Париже представителей Югославского правительства. Но для возмущения здесь нет никаких оснований. Подсылая своих представителей, Югославское правительство ставило себе задачей воздать ложное впечатление в глазах народов Югославии о том, что оно продолжает будто бы поддерживать дружественные отношения с Советским Союзом. Югославский представитель не был принят Министром Иностранных Дел СССР для того, чтобы разрушит этот обман и показать, что Советское правительство не намерено помогать Югославскому правительству обманывать свой народ. Пусть знают народы Югославии, что Советское правительств рассматривает нынешнее правительство Югославии не как друга и союзника, а как недруга и противника Советского Союза».

К ноте Советского правительства правительству Югославии

В ноте Югославского правительства от 3 августа с. г., ответ Советского правительства на которую публикуется выше, делается ссылка на письмо г. Карделя А. Я. Вышинскому от 20 апреля 1947 года.

Ниже приводится текст этого письма.

«Москва. 20 апреля 1947 г.

Уважаемый товарищ Вышинский.

Так как существует возможность, что югославские территориальные требования к Австрии в их теперешней форме будут отброшены в целом, и если Вы желаете поставить новое предложение, я в этом случае желаю обратить Ваше внимание на вопросы, которые для Федеративной Народной Республики Югославии настолько важны, что было бы необходимо найти для них положительное решение. Положительное разрешение этих вопросов представляло бы собой самое минимальное удовлетворение требований, содержащихся в югославских территориальных претензиях.

Первый вопрос касается электростанций Жвабек и Лабод. В своем докладе перед Советом Министров я подчеркнул особую важность, которую эти электростанции имеют для югославской электропромышленности. Электростанции Жвабек и Лабод были построены после аншлюсса, в основном в течение войны, немецкой фирмой Альпен Электроверке Акциенгезельшафт, Вин, при чем вопреки конвенции 1926 г., по которой Австрия обязалась не строить на Драве ничего без предварительного согласия Югославии. Эти электростанции, значит, представляют собой немецкую собственность в западной зоне Австрии, из которой и ФНРЮ, кроме остальных государств, подписавших решение Парижской репарационной конференции, должна принять часть своих репараций. Далее, эти электростанции построены, не принимая во внимание нужд электропромышленности Югославии, и при теперешнем режиме эксплоатации они наносят огромный ущерб— в отдельных месяцах приблизительно по миллиону кв. чв.

Вопрос можно решить небольшой пограничной поправкой, для которой представляю Вам проект двух вариантов, а, в крайнем случае, его можно решить установлением особых прав ФНРЮ в управлении этих станций. Прилагаю план одного такого режима.

Второй вопрос касается особой зашиты национальных прав каринтинских словен. После всего того опыта, который словенский народ имел с Австрией, можно наверняка считать, что после подписания Договора начнутся попытки усиленной германизации. Даже те демагогические предприятия (например, восстановление двуязычных школ), которые Австрия предприняла в Каринтии после краха Германии, хотя бы на бумаге, с целью показать себя терпимой в национальном отношении, уже сегодня де-факто не осуществляются. По этой причине имело бы большое значение, если бы в договоре было достигнуто, чтобы мероприятия, уже получившие силу закона, были пополнены и в качестве составной части Договора были в целом поставлены под контроль четырех держав. Прилагаю начертание с главными принципами одного такого режима.

Пользуюсь случаем приветствовать Вас,

Уважающий Вас

Кардель.

I ВАРИАНТ

Первый вариант охватывает Плибержский (Блейбург) судебный уезд, территория между теперешней австро-югославской границей, Дравой и западной границей общины Бистрица (Фейстриц) и Блато (Моос), и с северной стороны Дравы, общину Лабод (Лавамюнд) и ту часть общины Руде (Руден), которая тяготеет к Драве, и от остальной части общины отделена линией, идущей по гребню через высоту 882. Таким образом, составленная территория имеет 210 кв. км. и согласно австрийской переписи 1934 года имеет 9.396 жителей.

Этнический состав упомянутой территории можно подробно рассмотреть из приложенных таблиц. Австрийская перепись 1910 года, проведенная, как известно, в ущерб словенам, все-таки показывает на этой территории четкое большинство словен (6.696 словен, 2.878 немцев).

В плебисците 1920 года большинство на этой территории голосовало в пользу Югославии.

II ВАРИАНТ

Второй вариант охватывает южнее Дравы — общины Либеличе (Лейфлинг) и Жвабек (Швабек) и севернее Дравы— обшины Лабод (Лавамюнд) и небольшую часть общины Руде (Руден). Этот вариаит охватывает территорию приблизительно в 63 кв. км. и согласно австрийской переписи 1934 года имеет 3.150 жителей.

Этнический состав немного хуже, чем в варианте I, так как община Лабод, в которой согласно этому варианту проживает большинство населения, была сильно германизирована».

(ТАСС).


Категория: Государственный договор с Австрией 1940-е — 1950-е, Югославско-советский конфликт, Советско-югославские отношения, Статьи по датам | Просмотров: 27 |