Главная » Статьи » Союз Советских Социалистических Республик » Советско-югославские отношения

Ответ Советского Правительства на ноту Югославского правительства по поводу незаконных арестов советских граждан
Добавлено 02.11.2020, 14:56

Правда, 21 августа 1949, № 233 (11340), стр. 2

Ответ Советского Правительства на ноту Югославского правительства по поводу незаконных арестов советских граждан

25 июля Советское правительство направило Югославскому правительству ноту по поводу незаконных арестов советских граждан, проживающих в Югославии.

30 июля Югославское правительство прислало Советскому правительству ответную ноту.

18 августа Советское правительство направило правительству Югославии ноту следующего содержания:

«В связи с нотой Югославского правительства от 30 июля, которую следует признать внутренне-фальшивой и политически несостоятельной, Советское правительство считает нужным сделать следующие замечания.

Югославское правительство в своей ноте от 30 июля пытается уйти от обвинения в грубом произволе и жестоких репрессиях в отношении советских граждан, проживающих в Югославии. Югославское правительство обходит полным молчанием факты незаконных арестов советских граждан, факты невыносимого и бесчеловечного тюремного режима для арестованных советских граждан, в результате чего многие заключенные истязаниями, избиениями и лишением пищи доведены до крайне болезненного состояния, угрожающего их жизни.

Вместо того, чтобы дать ответ на эти обвинения, предъявленные Советским правительством в ноте от 25 июля, Югославское правительство пытается подменить этот вопрос другим вопросом, а именно вопросом о мотивах незаконных арестов советских граждан, думая оправдать этим зверское обращение и другие преступления югославских органов против советских граждан.

1. Главным мотивом незаконных арестов советских граждан и зверского обращения с ними югославских органов Югославское правительство выставляет то обстоятельство, что арестованные советские граждане были в прошлом белогвардейскими эмигрантами, что они были в прошлом враждебно настроены к Советскому Союзу и Советскому правительству. В своей ноте Югославское правительство ссылается на то, что многие из арестованных враждебно выступали в прошлом против Советского Союза, Советской Армии и руководителей Советского правительства. Но все это давно известно и не представляет чего-либо нового. Известно, что все двенадцать тысяч русских эмигрантов, проживающих теперь в Югославия, и те, которые приняли после второй мировой войны советское гражданство, и те, которые не сделали этого,— известно, что эти люди были вышиблены Советской властью из пределов СССР лет 28 тому назад, после победы над белогвардейскими генералами Деникиным, Врангелем, Красновым,— были вышиблены, как врага народа. Понятно, что эти белогвардейские элементы вели борьбу против Советского строя, поносили Советскую власть и советских руководителей, вредили Советскому Союзу как только могли. Известно далее, что эти белогвардейцы, вышибленные из СССР, нашли свой главный приют и убежище в Югославии, что Югославия была той европейской страной, откуда эти белогвардейцы вели свою подрывную работу против Советского Союза в течение более двух десятков лет. Так было в прошлом.

Однако известно и то, что впоследствии, во время второй мировой войны, когда определилось поражение фашистской Германии, настроения белогвардейцев стали меняться, русская белогвардейская эмиграция в Югославии стала разлагаться на группы, из коих наиболее неисправимые враги Советского Союза ушли из Югославии вместе с немецкими войсками, вышибленными из Югославии Советской Армией, а другая часть эмиграции изменила свою ориентацию, стала поворачиваться лицом к Советскому Союзу, многое из них стали помогать югославским партизанам в борьбе против немецко-итальянской оккупации, стали искупать свои грехи новыми просоветскими делами, причем из 12 тысяч бывших белогвардейцев, оставшихся в Югославии, более 6 тысяч человек подали заявления о своем желании перейти в советское гражданство.

Известно также, что в связи с этими обстоятельствами оба правительства, как Советское, так и Югославское, пришли к выводу, что поскольку оставшиеся в Югославии эмигранты порвали с фашизмом и искупили прошлые грехи своей работой на фронте против фашизма, было бы несправедливо мстить им за их прошлые белогвардейские грехи, что следовало бы им разрешить войти в советское или югославское гражданство по их усмотрению. Это было в 1945 году. С того времени русские эмигранты остаются в Югославии на правах равноправных граждан, и не было случая, чтобы Югославское правительство возбуждало против них обвинение, связанное с их прошлыми белогвардейскими грехами.

Спрашивается, почему же теперь, в 1949 году, спустя четыре года после того, как русские эмигранты в Югославии были амнистированы,— почему же теперь Югославское правительство вдруг вспомнило о прошлых грехах этих людей и стало преследовать их за эти грехи? Почему перед Югославским правительством не возникал раньше вопрос о преследовании эмигрантов за их прошлое и только теперь вспомнило оно об их эмигрантском прошлом, несмотря на то, что грехи прошлого они перекрыли своей последующей честной работой, несмотря на то, что им уже были прощены эти грехи четыре года тому назад? Далее: если прошлые белогвардейские грехи являются достаточным основанием для преследования эмигрантов, амнистированных еще четыре года тому назад, то почему преследованию подвергаются не все или не большинство эмигрантов в Югославии, которые были ведь белогвардейцами в прошлом и вредили, как могли, как Советскому Союзу, так и югославским революционерам, а подвергаются преследованию за прошлые грехи только те из эмигрантов, которые стали потом советскими гражданами? Почему также невинные люди из советских граждан в Югославии, как Додонов, Демиденко, Стрелькач, Киселевская, преследуются югославскими органами за их прошлые эмигрантские грехи, а такие матерые враги всего прогрессивного и революционного, как: Котляров, окончивший шпионско-диверсантские курсы германской разведки и служивший в белогвардейском охранном корпусе; Жуков, активный сотрудник белоэмигрантских органов печати в Югославии во время немецкой оккупации; Джунковский, агент фашистов и враг СССР,— не только не преследуются за их прошлые белогвардейские грехи, а, наоборот, продолжают служить в учреждениях Югославии? Где же тут логика, справедливость, элементарная порядочность?

Ясно, что попытка Югославского правительства выставить прошлые эмигрантские грехи советских граждан в Югославии, как мотив их преследования, является насквозь фальшивой и совершенно несостоятельной.

Несомненно, что цепляясь за этот фальшивый мотив, Югославское правительство преследовало задачу — отвести внимание людей от действительной причины преследования советских граждан и, прикрываясь фальшивыми речами об их эмигрантском прошлом, скрыть от народа эту причину.

2. В чем же состоит действительная причина преследования советских граждан со стороны Югославского правительства? Действительная причина преследования советских граждан заключается не в том, что советские граждане были в прошлом эмигрантами, а в том, что они являются сторонниками дружественных отношений между СССР и Югославией, что они относятся неодобрительно в нынешней враждебной политике Югославского правительства в отношении Советского Союза. Действительная причина преследования советских граждан состоит в том, что они заодно со всеми патриотами Югославии не одобряют всем известного недопустимого поведения Югославского правительства, которое дезертировало из лагеря демократии и социализма в лагерь международного капитала и старается теперь как можно больше напакостить Советскому Союзу, чтобы снискать себе похвалу представителей международного капитала и сделать на этом себе карьеру. Именно за это, а не за эмигрантское прошлое, преследуются Югославским правительством советские граждане. Именно за это, а не за что-либо другое, преследуются и заключаются в тюрьмы тысячами югославские патриоты.

Югославское правительство само вынуждено признать это в своей ноте. Чувствуя несостоятельность обвинений, построенных на эмигрантском прошлом, Югославское правительство проговаривается в своей ноте, что существует еще другое обвинение, состоящее в том, что некоторые арестованные советские граждане отрицательно относятся к существующему в Югославии режиму, сочувствуют известной резолюции Информационного Бюро коммунистических партий (Коминформ) и содействуют ее распространению.

Но что это за обвинение? Такое обвинение является обвинением не столько против арестованных советских граждан, сколько против существующего в Югославии политического режима. Тот факт, что Югославским правительством проявляются такие обвинения, показывает, какой политический режим царит сейчас в Югославии. Ведь ни в одной стране, кроме стран с фашистским режимом, не считается преступлением свободное выражение демократических взглядов. В нынешней же Югославии это служит, оказывается, основанием для незаконных арестов и жестокой расправы с людьми, выступающими с критикой фашистских порядков в Югославии.

Югославское правительство, чувствуя неубедительность и фальшь такого аргумента, и для того, чтобы придать этому аргументу видимость убедительности, облыжно приписывает некоторым арестованным «пропаганду насильственного свержения государственного строя в Югославии», связывая это с резолюцией Коминформа. Такие измышления, однако, представляют собой явную провокацию и клевету. В резолюции Коминформа нет ни единого слова ни о «пропаганде о свержении государственного строя в Югославии», ни о «насильственных» мерах изменения этого строя. Изданная перед партийным съездом в Югославии и как бы обращенная к съезду резолюция Коминфорна говорит:

«Информбюро не сомневается, что в недрах компартии Югославия имеется достаточно здоровых элементов, верных марксизму-ленинизму, верных интернационалистическим традициям Югославской компартии, верных единому социалистическому фронту.

Задача этих здоровых сил КПЮ состоит в том, чтобы заставить своих нынешних руководителей открыто и честно признать свои ошибки и исправить их, порвать с национализмом, вернуться к интернационализму и всемерно укреплять единый социалистический фронт против империализма, или, если нынешние руководители КПЮ окажутся неспособными на это,— сменить их и выдвинуть новое интернационалистическое руководство КПКЮ.

Информбюро не сомневается, что компартия Югославии сумеет выполнить эту почетную задачу».

Как видно, в резолюции нет ни единого слова о свержении и тем более о насильственном свержении государственного строя в Югославии. В резолюции говорится лишь о том, чтобы коммунисты Югославии заставили существующее руководство Коммунистической партии Югославии изменить курс политики или, если это не удастся,— обновили руководство КПЮ, избрали новое руководство.

Является ли этот путь партийно-конституционным и вполне законным средством? Безусловно, да.

Перед второй мировой войной на съезде компартии США было забаллотировано старое руководство партии (Браудер) и заменено новым руководством (Фостер). Но не нашлось ни одного человека в мире, который бы квалифицировал этот акт как насильственное свержение существующего партийного строя.

В 1907 году на съезде Российской социал-демократической партии в Лондоне старое руководство партии (преобладание меньшевиков) было забаллотировано и заменено новым руководством (преобладали!) большевиков). Но не нашлось ни одного человека в мире, который бы признал этот акт насильственным свержением существующего партийного строя.

В 1921 году на 10 съезде Коммунистической партии Советского Союза, когда у Ленина не было в ЦК партии прочного большинства, съезд избрал новый ЦК с обеспеченным большинством ленинцев. Но не нашлось в мире ни одного человека, который бы признал этот акт насильственным свержением государственного строя Советского Союза.

Оно и понятно. В марксистских партиях съезды собираются не для того, чтобы славословить вождей, а для того, чтобы критически рассмотреть деятельность существующего руководства и, если это потребуется, обновить его или заменить новым руководством. Во всех марксистских партиях, где существует внутрипартийная демократия, такой способ изменения руководства является естественным и вполне нормальным. Спрашивается: почему то, что является нормальным и законным для марксистских партий, Югославское правительство считает ненормальным, незаконным и преступным для югославской компартии? Не потому ли, что югославские лидеры порвали с принципами марксизма-ленинизма?

В Европе существуют только два правительства: греческое и испанское, правительство Цалдариса и правительство Франко, которые рассматривают резолюцию Коминформа, как «преступную листовку». Оба эти правительства являются фашистскими. Как видно, Югославское правительство является третьим таким правительством, которое также рассматривает резолюцию Коминформа, как «преступную листовку», считая ее распространение или даже ознакомление с ней достаточным основанием .для того, чтобы тысячами сажать людей в тюрьмы. Не ясно ли, что это совпадение является не случайным?

Чего стоит после всего этого так называемое «обвинение» советских граждан в «распространении» резолюции Коминформа и в «пропаганде насильственного свержения государственного строя в Югославии»?

3. Югославское правительство заявляет, что нота Советского правительства является оскорблением Югославии и клеветой, на якобы существующий в Югославии социалистический строй. Югославское правительство утверждает при этом, что Советское правительство старается исказить «истинно демократический, социалистический характер народной власти в Югославии.

Но Советское правительство обязано сказать правду о нынешнем режиме в Югославии, если даже эта правда «оскорбляет» кое-кого и колет глаза.

Стоит только всмотреться во все то, что происходит в настоящее время в Югославии, чтобы вовсе не оставалось сомнения в том, что ни о какой народной власти и ни о каком демократическом и социалистическом характере государственного строя в Югославии в настоящее время не может быть и речи.

В самом деле, о каком социалистическом строе в Югославии может быть речь, когда страна поставлена под контроль иностранного капитала, а руководство компартии Югославии находится в состоянии войны с компартиями всего мира?

О каком демократическом характере власти может итти речь, когда во всей Югославии царят гестаповские методы управления, когда попирается всякое свободное выражение мысли, попираются все человеческие права, когда югославские тюрьмы переполнены сторонниками социалистического лагеря, когда коммунистическая партия Югославии превращена в отделение политической полиции, подчиненной шефу полиции Ранковичу?

Ясно, что заявления Югославского правительства о якобы ведущемся в Югославии социалистическом строительстве стоят не больше, чем стоили подобные заявления, которые в свое время делали Гитлер и Муссолини.

Для характеристики нынешнего политического режима в Югославии следовало бы обратить внимание на следующие случайно ставшие известными Мининделу СССР факты.

а) В мае 1949 г. советский гражданин Н. Г. Додонов, работавший по договору техническим руководителем на фабрике «Дуга» в Белграде, неожиданно был уволен с фабрики по «политическим причинам», как было записано в его рабочей книжке. Когда Додонов обратился к генеральному директору химической промышленности Сербии Будисавлевичу с жалобой на такой произвол и потребовал объяснить, что это за «политические причины», Будисавлевич откровенно сказал, что «сторонники резолюции Информбюро лишаются законной защиты». В тот же день Додонов был арестован и увезен в Отдел госбезопасности 2-го района г. Белграда, где в течение нескольких дней его систематически избивал начальник этого отдела капитан Шотра, вымогая у Додонова признания в том, что он является сторонником резолюции Информбюро и расклеивал на фабрике «Дуга» нелегальные листовки. При допросе в полиции Додонова заставляли стоять без движения в продолжение 20 часов, лишая его в течение двух суток сна, пищи, воды. Когда отец Додонова обратился к помощнику прокурора Сербии Вукадиновичу с жалобой на истязания, которым подвергся в Управлении госбезопасности его сын, Вукадинович не только отказался принять эту жалобу, но, оправдывая преступные действия югославских полицейских чинов, цинично заявил, что «это — наш вспомогательный следственный механизм, и они знают, что делают».

б) Арестованная в мае 1949 года советская гражданка Демиденко в течение шести суток не получала никакой пищи. Во время допросов ее били по ногам палкой, требуя от нее признания в том, что она собирала какие-то сведения в пользу СССР.

в) Советская гражданка Стрелькач, брошенная в марте 1949 года в белградскую тюрьму, в течение 22 суток вызывалась по ночам на допросы. Стрелькач обвиняли в шпионаже в пользу Советского Союза и добивались ответа на вопрос, как она относится в резолюции Информбюро. Стрелькач на допросах неоднократно подвергали избиениям, ее шесть раз сажали в карцер, где можно было только стоять.

Можно ли назвать режим, практикующий такие безобразия и такое бесчеловечное обращение с людьми, народно-демократическим режимом? Не вернее ли будет сказать, что режим, допускающий такие издевательства над людьми, является фашистско-гестаповским режимом?

4. Югославское правительство имеет смелость выражать в своей ноте возмущение тем, что Советское правительство обвиняет югославские власти в применении к арестованным советским гражданам невыносимых и бесчеловечных методов обращения. Югославское правительство заявляет, что югославским властям «полностью чужды и незнакомы» такие методы ведения следствия, как избиения и истязания арестованных. Но приведенные, как и подобные им, факты сами говорят за себя. Югославскому правительству не удастся отмахнуться от этих фактов. Советское правительство считает, что ответственность за отмеченное выше зверское обращение с советскими гражданами несет Югославское правительство.

Югославское правительство пытается говорить о каком-то вмешательстве Советского правительства во внутренние дела Югославии. Оно изображает дело таким образом, будто бы Советское правительство не признает за Югославским правительством права привлекать к ответственности советских граждан, виновных в совершении каких-либо преступлений. Но это утверждение Югославского правительства лишено всякого основания, так как речь идет не о преследовании советских граждан за действия, представляющие собой нарушение законов, а о том, что Югославское правительство преследует советских граждан, не совершивших никаких преступлений и преследуемых лишь за то, что они высказывают демократические взгляды и являются сторонниками дружественных отношений между Советским народом и народами Югославии.

Югославское правительство намерено, видимо, и впредь продолжать практику бесчеловечного обращения с советскими гражданами, практику незаконных арестов и избиений, практику издевательства над советскими гражданами. Югославское правительство, видимо, не намерено привлечь к ответственности виновников и носителей этой фашистской практики. Если это соответствует действительности, то Советское правительство считает нужным заявить, что оно не будет мириться с таким положением и будет вынуждено прибегнуть к другим, более действительным средствам, необходимым для того, чтобы защитить права и интересы советских граждан в Югославии и призвать к порядку зарвавшихся фашистских насильников».

(ТАСС).


Категория: Югославско-советский конфликт, Советско-югославские отношения, Статьи по датам | Просмотров: 24 |