Главная » Документы и исследования » 1918. Брестский мир » Первый период переговоров о мире

Германия раскрывает свои империалистические замыслы
27.02.2017, 20:04

История дипломатии. Т. 3. / Под ред. А. А. Громыко и др.— 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Политиздат, 1965., стр. 78—81

Глава 3. Брестский мир (1918) (акад. Минц И. И.) (стр. 74—106)

1. Первый период переговоров о мире (стр. 74—81)

Советские условия мира. Противоречия в германском блоке. Формальное принятие Германией советской формулы мира. Германия раскрывает свои империалистические замыслы.

2. Второй период мирных переговоров (стр. 81—91)

Использование Германией предателей из Украинской центральной рады. Германская дипломатия переходит в наступление. Ультиматум. Борьба В. И. Ленина за немедленное заключение мира.

3. Заключение Брест-Литовского мира (стр. 91—106)

Новый немецкий ультиматум. Брестский мирный договор. Брестский мир и страны Антанты. Роль В. И. Ленина в создании принципиальных основ советской внешней политики. Признание независимости Финляндии. Захват Бессарабии боярской Румынией.

Германия раскрывает свои империалистические замыслы (стр. 78—81)

Политическая комиссия начала работать 26(13) декабря. Предстояли переговоры между Германией и Советской Россией. Но Кюльман заявил, что Германия имеет много точек соприкосновения с Австро-Венгрией и что Чернин со своей делегацией также примет участие в переговорах. Советская делегация старалась выдвинуть на первый план территориальные вопросы. Однако Кюльман всячески уклонялся от их обсуждения, опасаясь открыть раньше времени захватнические замыслы Германии. Он настаивал на рассмотрении таких вопросов, как восстановление старых договоров, возобновление торговых соглашений, советская концессионная политика.

Немцы предложили немедленно освободить и доставить на родину интернированных и сосланных лиц гражданского [стр. 78] состояния. Советская делегация выразила пожелание, чтобы в их состав были включены и лица, пострадавшие за пропаганду мира.

«Таких у нас нет» («Мирные переговоры в Брест-Литовске», стр. 26.), — возразил Кюльман. «А Карл Либкнехт?» — заметили ему из советской делегации. На это Кюльман ничего не смог ответить и поспешил перейти к другим вопросам.

Шумиха, поднятая самими же немцами по поводу принятия русской формулы мира, встревожила германское военное командование. Из перехваченного радио немцы узнали, что советская делегация уже сообщила в Петроград о присоединении Германии к демократической формуле мира.

Германские дипломаты, выступавшие перед своим общественным мнением в роли миротворцев, полагали, что и советские представители только на открытых заседаниях и лишь для публики произносят демократические фразы, а при конкретном обсуждении отдельных вопросов уже «по-деловому» начнут обсуждать с ними, какие страны и народы будут уступлены победителям. Эти дипломаты были во власти «традиционных» представлений о ведении международных переговоров п не сразу осознали, что уже родилась и вступила в свои права новая дипломатия, беззаветно отстаивающая интересы трудящихся. Советская делегация всерьез вела переговоры о демократическом мире, решительно отвергая всякие попытки политического торга.

Видя такой оборот дела, германская ставка потребовала от Гофмана и Кюльмана внести ясность в положение, показать русским «всю призрачность их радужных надежд». Вечером 26(13) декабря за чашкой чая Гофман заявил советскому представителю, что Германия понимает мир без аннексий иначе, чем советская делегация. Германия не может очистить Польшу, Литву и Курляндию, во-первых, потому, что там расположены мастерские, работающие на вооружение; во-вторых, сами же русские стоят за национальное самоопределение вплоть до отделения. Опираясь на это право, Польша, Литва и Курляндия уже высказались за отделение от России. Если эти три страны, цинично заявил Гофман, вступят теперь в переговоры с Германией о своей дальнейшей судьбе, то это отнюдь не будет аннексией со стороны Германии.

Советская делегация потребовала встречи с Гофманом, Кюльманом и Чернином. Совещание длилось несколько часов. Оно прерывалось не раз по просьбе представителей Германии и Австро-Венгрии, которым нужно было договориться между собой. Чернин предлагал компромисс: пока мир не заключен,[стр. 79] продолжается оккупация занятых территорий; по заключении мира плебисцит в Польше, Литве и Курляндии должен решить судьбу этих стран; плебисцит будет проведен под наблюдением нейтральной страны. Идея Чернина была отвергнута не только советской делегацией; она не устраивала и немцев.

Атмосфера в Брест-Литовске накалялась. Советская делегация заявила о своем отъезде и прекращении переговоров. Это возымело свое действие. Германские представители согласились продолжить обсуждение советских предложений.

Второе заседание политической комиссии, состоявшееся 27(14) декабря вечером, после почти двухдневного перерыва открылось выступлением советской делегации по вопросу об очищении оккупированных областей. Советское предложение гласило:

«В полном согласии с открытым заявлением обеих договаривающихся сторон об отсутствии у них завоевательных планов и о желании заключить мир без аннексий Россия выводит свои войска из занимаемых ею частей Австро-Венгрии, Турции и Персии, а державы Четверного союза — из Польши, Литвы, Курляндии и других областей России» («Мирные переговоры в Брест-Литовске», стр. 28.).

В соответствии с принципом самоопределения наций Советская Россия обещала предоставить населению перечисленных областей возможность самому решить вопрос о своем государственном существовании. При этом в самоопределяющихся областях не должно допускаться присутствие каких-либо войск, кроме национальных или местной милиции. Сроки эвакуации войск устанавливаются специальной военной комиссией.

В ответ на советское заявление Кюльман выдвинул контрпредложение, согласованное с Австро-Венгрией. В первом пункте контрпредложения Германия обязывалась, как только мир будет заключен и демобилизация русской армии закончится, очистить занятые русские области, «поскольку это не будет противоречить ст. 2».

В ст. же 2 значилось:

«Так как Российское Правительство, в соответствии со своими принципами, провозгласило для всех без исключения народов, входящих в состав Российского государства, право на самоопределение, вплоть до полного отделения, то оно принимает к сведению заявления, в которых выражена воля народов, населяющих Польшу, Литву, Курляндию и части Эстляндии и Лифляндии, об их стремлении к полной государственной самостоятельности и к выделению из Российской Федерации.[стр. 80]

Российское Правительство признает, что эти заявления при настоящих условиях надлежит рассматривать, как выражение народной воли, и готово сделать вытекающие отсюда выводы» («Мирные переговоры в Брест-Литовске», стр. 29.).

После этого Кюльман спросил, не согласится ли Советское правительство вывести свои войска из неоккупированной части Лифляндии и Эстляндии, чтобы дать местному населению возможность соединиться со своими единоплеменниками, живущими в занятых немцами областях. Генерал Гофман осведомился о состоянии пассажирского сообщения с Украиной. Советская делегация выразила недоумение по поводу такого вопроса. В ответ Гофман пояснил, что от Украинской центральной рады поступило сообщение о выезде в Брест-Литовск украинской делегации. Гофман сообщил, что, как заявила Центральная рада, она будет считать себя связанной мирными договорами только в случае непосредственного участия ее делегации в переговорах. Поэтому генерал хотел бы знать, каким путем прибудет делегация, для того чтобы позаботиться об установлении с ней телеграфной связи.

Маневр немецких представителей был ясен. Оккупацию Польши и Прибалтики они хотели прикрыть ссылками на национальную политику Советской власти; эти области согласно принципу самоопределения якобы отделились от России, и дальнейшая их судьба является собственным их делом. А Гофман уже без всякой дипломатии, по-солдатски грубо дал понять, что в случае неуступчивости Советской России против нее будут двинуты украинские националисты. Спохватившись, однако, не слишком ли рано сброшена маска, германская делегация поспешила смягчить впечатление, созданное ее требованиями. На заседании политической комиссии 28(15) декабря проект мирного договора был прочитан немцами уже без спорных параграфов по территориальным вопросам. Представители Четверного союза старались поддержать иллюзию «демократичности и миролюбия» их позиции.

В работе мирной конференции наступил перерыв.[стр. 81]

Вверх


Категория: Первый период переговоров о мире | Теги: Брестский мир, перемирие с Германией
Просмотров: 900 |