Главная » Документы и исследования » 1918. Брестский мир » Заключение Брест-Литовского мира

Новый немецкий ультиматум
27.02.2017, 20:32

История дипломатии. Т. 3. / Под ред. А. А. Громыко и др.— 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Политиздат, 1965., стр. 91—95

Глава 3. Брестский мир (1918) (акад. Минц И. И.) (стр. 74—106)

1. Первый период переговоров о мире (стр. 74—81)

Советские условия мира. Противоречия в германском блоке. Формальное принятие Германией советской формулы мира. Германия раскрывает свои империалистические замыслы.

2. Второй период мирных переговоров (стр. 81—91)

Использование Германией предателей из Украинской центральной рады. Германская дипломатия переходит в наступление. Ультиматум. Борьба В. И. Ленина за немедленное заключение мира.

3. Заключение Брест-Литовского мира (стр. 91—106)

Новый немецкий ультиматум. Брестский мирный договор. Брестский мир и страны Антанты. Роль В. И. Ленина в создании принципиальных основ советской внешней политики. Признание независимости Финляндии. Захват Бессарабии боярской Румынией.

Новый немецкий ультиматум (стр. 91—95)

Как только были получены известия о наступлении немцев, В. И. Ленин предложил немедленно подписать мир. Троцкий настаивал на необходимости выждать, пока развернется наступление немцев. Тем самым он фактически предоставлял врагу возможность захватить побольше территории, продовольствия и боеприпасов. 18 февраля вечером В. И. Ленин вновь настаивал на своем требовании. На этот раз Троцкий предложил запросить немцев, чего они хотят.

Ленин разоблачил пагубный смысл этого предложения. «Теперь нет возможности ждать, — заявлял он. — Это значит сдавать русскую революцию на слом... Если запросить немцев, то [стр. 91] это будет только бумажка... Бумажки мы пишем, а они пока берут склады, вагоны, и мы околеваем. Теперь на карту поставлено то, что мы, играя с войной, отдаем революцию немцам» (В. И. Ленин. Соч., изд. 5, т. 35, стр. 336.).

Сломив сопротивление противников заключения мира, В. И. Ленин 19 февраля рано утром послал немцам следующую радиограмму: «Совет Народных Комиссаров видит себя вынужденным, при создавшемся положении, заявить о своей готовности формально подписать тот мир, на тех условиях, которых требовало в Брест-Литовске германское правительство» (В. И. Ленин. Соч., изд. 5, т. 35, стр. 339.).

Для того чтобы немцы не могли сказать, что радиограмма ими не получена, и под этим предлогом продолжать наступления, В. И. Ленин вручил копию радиограммы специальному курьеру, посланному навстречу наступавшим германским войскам. 20 февраля генерал Гофман ответил, что радиограмма получена. Однако она должна быть подтверждена письменно и передана непосредственно в руки германского коменданта города Двинска. Гофману было сообщено, что такой курьер уже выехал. Тем не менее наступление немцев продолжалось. «Немедленно ночью получился ответ, — свидетельствует Гофман, — что курьер с таким письменным предложением в пути. По-видимому, он очень спешит, — мы же нет. К сожалению, наше наступление идет слишком медленно, не хватает лошадей, дороги плохи. Пока мы не дойдем до озера Пейпус, мы не остановимся» (М. Гофман. Записки и дневники. 1914—1918. Л., 1929, стр. 240.).

Копию радиограммы Гофман переслал в Берлин, а сам продолжал наступление. Немецкие войска продвигались по Прибалтике, далее — на Ревель, оттуда — на Нарву и Петроград. Другие части противника шли на Псков, чтобы угрожать Петрограду с юга.

21 февраля Советское правительство объявило «социалистическое Отечество в опасности». Вся страна была призвана к отпору иностранным интервентам. Повсюду спешно создавались вооруженные отряды. В Красную Армию добровольцами вступили десятки тысяч рабочих и демобилизовавшихся из старой армии солдат. Под Псковом и Нарвой полки молодой Красной Армии преградили дорогу наступавшим. Развернулись упорные бои. Продвижение немецких войск было приостановлено.

В 10 часов 30 минут 23 февраля был наконец получен ответ от немцев. Генерал Гофман писал в своем дневнике: «Только сегодня утром отправили ультиматум. Надо прямо сказать, министерство иностранных дел и верховное главнокомандование [стр. 92] хорошо поработали. Ультиматум содержит все требования, какие только можно было выставить».

Новый германский ультиматум состоял из 10 пунктов. Первые два пункта повторяли ультиматум от 9 февраля (27 января), т. е. подтверждали «линию Гофмана». Но в остальном ультиматум шел несравненно дальше. Пунктом 3 дополнительно предлагалось немедленно очистить Лифляндию и Эстляндию от русских войск и красногвардейцев. Обе области занимались немцами. Пунктом 4 Россия обязывалась заключить мир с Украинской центральной радой. Украина и Финляндия должны были быть очищены от русских войск. По пункту 5 Россия должна была возвратить Турции анатолийские провинции.

Пункт 6 гласил: русская армия немедленно демобилизуется, включая и вновь образованные части. Русские корабли в Черном и Балтийском море и в Ледовитом океане должны быть приведены в русские порты и разоружены. В Ледовитом океане сохраняется немецкая блокада до заключения мира.

Пункт 10 требовал принятия условий мира в течение 48 часов. Уполномоченные с советской стороны должны были немедленно отправиться в Брест-Литовск и там подписать в течение трех дней мирный договор, который подлежит ратификации не позже чем по истечении двух недель.

В том, что новые условия мира были «хуже, тяжелее, унизительнее худых, тяжелых и унизительных брестских условий, — писал В. И. Ленин, — в этом виноваты, по отношению к великороссийской Советской республике, наши горе-«левые»...» (В. И. Ленин. Соч., изд. 5, т. 35, стр. 418.).

На заседании ЦК 23 февраля В. И. Ленин твердо поставил вопрос о необходимости немедленно принять германские предложения. Владимир Ильич заявил, что если сторонники «революционной фразы» и впредь будут препятствовать заключению мира, то он «выходит и из правительства и из ЦК».

24 февраля, в 4 часа 30 минут утра, Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет принял германский ультиматум. В 7 часов утра В. И. Ленин сообщил в Берлин, Вену, Софию и Константинополь о принятии ультиматума и отправке делегации в Брест-Литовск. Делегация в составе Г, В. Чичерина, Г. Я. Сокольникова, Г. И. Петровского, Л. М. Карахана и политического консультанта А. А. Иоффе выехала туда в тот же день. Однако немецкие войска продолжали наступление на Белоруссию и на Украину. Прибив в Псков 25 февраля в 9 часов вечера, советская делегация заявила резкий протест против продолжения военных действий. И все же наступление [стр. 93] продолжалось. 28 февраля советская делегация прибыла в Брест. Здесь она вновь выступила с резким протестом.

Заседание мирной конференции в Брест-Литовске началось 1 марта. Министры иностранных дел Четверного блока отсутствовали на ее заседаниях. Они выехали в Бухарест, где начались переговоры о заключении мира с Румынией. Германскую делегацию представляли посланник фон Розенберг и генерал Гофман. Открывая заседание конференции, Розенберг заявил, что в распоряжении конференции имеется только три дня. Он добавил, что военные действия будут прекращены только после подписания мирного договора. «Мы собрались здесь, — добавил он, — не для речей и прений, но для подготовительных работ по подписанию мирного договора и для заключения самого договора» («Мирные переговоры в Брест-Литовске», стр. 213.).

Вечером состоялось совещание председателей делегаций. Здесь советская делегация вновь заявила, что заключение мира «совершается в небывалых условиях, в неслыханной атмосфере насилия». Германские войска продолжают наступать; на обсуждение договора дается только три дня. В связи с этим советская делегация отказывается обсуждать условия мира и принимает их в той форме, в какой они предлагаются. Розенберг в ответ на это цинично заявил: «Между тем, условия, да и наши требования изменились. Требования увеличились; но и теперь они еще далеки от того, чтобы их можно было рассматривать как бесцеремонную эксплуатацию соотношения сил» («Мирные переговоры в Брест-Литовске», стр. 214.).

Представители Австро-Венгрии и Болгарии заявили, что присоединяются к декларации представителя Германии.

Мирный договор с приложениями экономического и правового характера и дополнениями был подписан 3 марта 1918 г. в 5 часов 50 минут вечера.

В тот же день ВЦИК обратился ко всем Советам с телеграммой, в которой сообщал о подписании мирного договора и о созыве на 12 марта Всероссийского съезда Советов для его ратификации.

Для ратификации был дан срок в две недели. В случае, если Советская республика не ратифицирует мирного договора, германская военщина рассчитывала предпринять новые агрессивные действия. «Мы ждем, согласится ли Россия ратифицировать мир, — записал в своем дневнике 7 марта генерал Гофман. — Она должна это сделать через 13 дней, иначе мы пойдем на Петербург».

Для окончательного решения вопроса о мире был созван VII съезд партии, проходивший 6—8 марта 1918 г. В итоге [стр. 94] острой борьбы линия «левых коммунистов» и Троцкого на срыв Брестского мирного договора потерпела поражение. Большинством голосов съезд принял резолюцию В. И. Ленина «О войне и мире» и отверг «Тезисы о современном моменте», предложенные «левыми». Съезд подтвердил ленинский курс в решении вопроса о Брестском мире (См. «Седьмой экстренный съезд РКП (б). Март 1918 года». Стенографический отчет. М., Госполитиздат, 1962.).

15 марта IV Чрезвычайный Всероссийский съезд Советов ратифицировал Брестский мирный договор. Советская страна добилась передышки. Но на Украине продолжалось наступление германских и австро-венгерских войск. [стр. 95]

Вверх


Категория: Заключение Брест-Литовского мира | Теги: перемирие с Германией, Брестский мир
Просмотров: 1742 |