Главная » Документы и исследования » 1925. Локарнская конференция » Германский меморандум о Рейнском пакте

Германский меморандум о Рейнском пакте
15.01.2017, 16:22
История дипломатии. Т. 3. / Под ред. А. А. Громыко и др.— 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Политиздат, 1965., стр. 407-413

Глава 16. Локарнская конференция (1925 г.) (Горохов И. М.) (стр. 405—432)

Женевский протокол. Германский меморандум о Рейнском пакте. Италия и гарантийный пакт. Подготовка конференции и позиция США. Локарнская конференция (5—16 октября 1925 г.). Итоги Локарнской конференции. Переговоры о заключении советско-германского политического договора. Советско-германский экономический договор (12 октября 1925 г.).

Германский меморандум о Рейнском пакте (стр. 407-413)

Германская дипломатия внимательно следила за ходом переговоров в Лиге наций о Женевском протоколе. Она была достаточно осведомлена о направлении внешнеполитического курса английских правящих кругов. Английский посол в Берлине лорд д’Абернон
Эдгар Винсент
Д’АБЕРНОН
(1857 — 1941)
виконт, английский политический деятель-консерватор, дипломат. В 1920—26 — посол Великобритании в Германии.
(См.: Биографию)
часто общался с министром иностранных дел Германии Штреземаном
Густав
ШТРЕЗЕМАН
(1878 — 1929)
немецкий политик, рейхсканцлер и министр иностранных дел Веймарской республики (1923—1929).
(См.: Биографию)
и, как он сам об этом позже писал, достиг с ним полного взаимопонимания.

19 января 1925 г. статс-секретарь министерства иностранных дел Германии Шуберт
Карл фон
ШУБЕРТ
(1882 — 1947)
немецкий политический деятель, дипломат, с 1924 по 1930 госсекретарь в министерстве иностранных дел.
(См.: Биографию)
писал германскому послу в Лондоне
Фридрих ШТАМЕР
(1856 — 1931)
немецкий политический деятель, дипломат, первый бургомистр Гамбурга (1920) и посол Германии в Великобритании (1920 — 1930).
(См.: Биографию)
: «Недавно лорд д’Абернон во время беседы затронул вопрос о безопасности. Он подчеркнул, что, по его мнению, мы поступили бы благоразумно, если бы безотлагательно взяли на себя инициативу в этом вопросе. При этом, однако, он не советовал производить одновременных демаршей в Париже и Лондоне и предложил, чтобы мы прежде всего обратились к нему с конкретным предложением в форме доверительного меморандума; при этом нам следовало бы исходить из той мысли, которая лежала в основе Рейнского пакта, предложенного в декабре 1922 г. тогдашним рейхсканцлером Куно
Вильгельм КУНО
(1876 — 1933)
германский политический деятель, бизнесмен. С ноября 1922 по август 1923 рейхсканцлер Германии.
(См.: Биографию)
. В дополнение к этому можно было бы еще заключить общий договор об арбитраже между Германией и Францией» 1.

1. «Локарнская конференция 1925 г.» М., Госполитиздат, 1959, стр. 27.

20 января 1925 г. германский меморандум был передан британскому правительству. В соответствии с советами д’Абернона в меморандуме повторялась основная мысль проекта гарантийного пакта, предлагавшегося в 1922 г. рейхсканцлером Куно. Однако, чтобы сделать проект более привлекательным для Франции, в меморандум было включено предложение о заключении еще одного пакта, который «мог бы, например, заключаться в том, что государства, имеющие интересы на Рейне, взаимно обязались бы строго соблюдать территориальный статус-кво на Рейне» 2. Кроме того, германское правительство соглашалось, чтобы участники предлагаемого пакта гарантировали также «выполнение обязательства о демилитаризации Рейнской области, которое Германия взяла на себя согласно ст. 42 и 43 Версальского договора» 3.

2. Там же, стр. 33.

3. Там же.

В Берлине рассчитывали заручиться официальной английской поддержкой своего предложения до направления его французскому правительству.[стр. 407]

28 января французский премьер Эррио
Эдуар ЭРРИО
(1872 — 1957)
французский государственный и политический деятель, 1924—25 и 1932 — премьер-министр и министр иностранных дел, 1926 премьер-министр (1926), государственный министр 1934—36
(См.: Биографию)
выступил в палате депутатов с резкой речью по германскому вопросу. «Франция не может отказаться от военной оккупации Рейнской области, так как это ее единственная гарантия», — говорил Эррио. Англия и Америка отклонили предложение Фоша в Версале о создании укрепленной линии вдоль Рейна. Они обещали заключить с Францией пакт о совместной обороне; теперь Франция вправе требовать выполнения этого обещания. «Дайте нам отвести кинжал, постоянно направленный на нас, пока вы разговариваете о мире!» — закончил свою речь Эррио под бурные рукоплескания палаты.

Одобрение депутатов встретило и заявление премьер-министра о том, что ст. 169 Версальского договора осталась мертвой буквой и что разоружение Германии — чистая фикция. Германия сохранила гораздо большие запасы военного снаряжения, чем это нужно для рейхсвера. Рейхсвер, по существу, занимается восстановлением кадров старой армии, ее генерального штаба и главного командования.

Германские политики учитывали, что в сложившейся обстановке правительство Франции нуждается в том, чтобы представить общественности страны такое урегулирование вопросов безопасности, которое было бы равноценно гарантийным пактам, выработанным в Версале в 1919 г. Штреземан считал необходимым по возможности скорее проявить инициативу с германской стороны.

9 февраля правительство Германии передало французскому правительству текст меморандума с предложениями о заключении Рейнского пакта. Аналогичные предложения были направлены несколькими днями позже бельгийскому и итальянскому правительствам.

Много лет спустя Эррио, вспоминая об этом меморандуме, писал: «Теперь ясно, что этот текст лег в основу Локарнских соглашений; для нас он представлял большой интерес, поскольку формально гарантировал статус-кво на Рейне (а следовательно, возвращение Эльзаса Франции) и казался очень удобным в качестве первого вклада в дело протокола» 4.

4. Эдуард Эррио. Из прошлого. Между двумя войнами. 1914—1936, стр. 239.

20 февраля Эррио сообщил германскому послу в Париже, что французское правительство с интересом восприняло меморандум от 9 февраля, но что изучение содержащихся в нем предложений «не может быть продолжено, пока Франция не представит их на рассмотрение своим союзникам и не достигнет с ними соглашения в целях создания системы безопасности в рамках Версальского договора».[стр. 408]

В английском правительстве в эти дни обсуждались различные планы сколачивания антисоветского западного блока с привлечением в него Германии. Наибольшую известность приобрел план, подробно разработанный Остином Чемберленом
Остин
ЧЕМБЕРЛЕН
(1863 — 1937)
британский государственный и политический деятель-консерватор, дипломат; Министр иностранных дел Великобритании с 3 ноября 1924 – 4 июня 1929.
(См.: Биографию)
в его секретной записке от 20 февраля 1925 г. Главной особенностью этого документа, который вскоре стал достоянием гласности, была его антисоветская направленность. Советская Россия, писал Чемберлен, «нависла, как грозовая туча, над восточным горизонтом Европы — угрожающая, не поддающаяся учету, но прежде всего обособленная... Россия не только не является фактором стабильности, она скорее — один из самых опасных моментов, порождающих нашу неуверенность; поэтому необходимо определить политику безопасности вопреки России и даже, пожалуй, именно из-за России».

В записке Чемберлена нашли свое выражение самые сокровенные замыслы реакционных кругов Великобритании. Г. В. Чичерин
Георгий Васильевич
ЧИЧЕРИН
(1872 — 1936)
советский государственный деятель, дипломат, нарком иностранных дел РСФСР и СССР (1918—30 гг.).
(См.: Биографию)
писал в газете «Известия» 30 июня 1925 г.: «Вся кампания гарантийного пакта была начата Англией в связи с желанием изолировать СССР, оторвать от него Германию, создать против него единый фронт, получить возможность при удобном случае возобновить против него систему блокады» 5.

5. Чичерин Г. В. Статьи и речи по вопросам международной политики, М., 1961., стр. 393.

Ставя перед собой задачу сколачивания антисоветского блока, английская дипломатия хорошо понимала, что осуществить эту цель ей удастся только в том случае, если Франция и Германия будут участниками одного пакта. Англия рассчитывала, с одной стороны, изолировать Советский Союз, а с другой — добиться изоляции Франции, порвать связи между нею и ее военными союзниками на востоке Европы, противопоставить Франции Германию и сохранить за собой роль арбитра во франко-германских противоречиях. В этой связи весьма показательна следующая запись английского посла в Берлине лорда д’Абернона, сделанная им в своем дневнике: «Прямая выгода Англии менее заметна, но не прямая выгода — сделаться арбитром между Францией и Германией — предоставляет нам громадные возможности. Это делает нас решающим фактором в европейской политике. Второе последствие пакта — это устранение опасности для Германии попасть в руки России».

Постоянную поддержку Англии в осуществлении ее антисоветских планов оказывали США. «Поездка Болдуина
Стэнли
БОЛДУИН
(1867 — 1947)
британский государственный и политический деятель, премьер-министр Великобритании 23 мая 1923 – 16 января 1924, 4 ноября 1924 – 5 июня 1929 и 7 июня 1935 – 28 мая 1937 годах.
(См.: Биографию)
в Америку в марте 1923 г. и заключение соглашения с Америкой о признании Англией своего долга закрепили связь между обеими странами и обеспечили Англии полную поддержку Америки во всех европейских начинаниях, — писал полпред СССР во Франции Л. Б. Красин в НКИД 17 мая 1925 г. — ...Америка избегает,[стр. 409] однако, непосредственного вмешательства в политические дела Европы, и руководящая роль здесь принадлежит всецело Англии, за которой стоит поддержка Америки» 6.

6. «Документы внешней политики СССР», т. VIII. М., Госполитпздат, 1963, стр. 311.

В ходе длительных англо-французских переговоров Англия настойчиво убеждала французское правительство в необходимости принять германские предложения.

При этом английское правительство подчеркивало антисоветскую направленность проектируемого пакта.

Французским реакционным кругам импонировала идея антисоветского блока, однако вместе с тем они хотели путем заключения гарантийного пакта укрепить свои военные союзы в Восточной Европе и тем самым увеличить свое политическое влияние на континенте. Поэтому они добивались пересмотра ряда положений, содержавшихся в германском меморандуме, и предлагали, чтобы арбитражные договоры, которые будут заключены Германией с Польшей и Чехословакией, были связаны с Рейнским гарантийным пактом в единое целое. Это было, однако, одним из тех требований французов, удовлетворить которые Англия наотрез отказывалась.

Опираясь на поддержку английской дипломатии, правительство Германии категорически заявило, что предлагаемый нм договор не должен означать признания границ Германии с ее восточными соседями — Польшей и Чехословакией. В письме к германскому послу в Москве Брокдорфу-Ранцау
Ульрих фон
БРОКДОРФ-РАНЦАУ
(1869 — 1928)
граф, немецкий дипломат, в 1919 министр иностранных дел Германии, в 1922—28 посол Германии в СССР.
(См.: Биографию)
от 19 марта 1925 г. Штреземан особенно подчеркивал это обстоятельство: «...мы, начиная с первого дипломатического совещания, в качестве непременного условия для нашего сотрудничества в вопросе безопасности совершенно определенно выдвигали требование не принимать таких решений, которые в какой-либо форме были бы направлены к признанию наших границ на Востоке» 7.

7. «Локарнская конференция 1925 г.», стр. 55.

Согласие германского правительства на заключение с Польшей, Чехословакией и другими своими соседями арбитражных договоров было маневром, которым оно рассчитывало ввести эти страны в заблуждение видимостью обеспечения безопасности их границ с Германией. Сам же Штреземан писал по этому поводу Брокдорфу-Ранцау: «В действительности подобные арбитражные договоры, как бы много в них ни говорилось о стремлении к миру, не являются реальным препятствием для сохранения политических целей, которые нам следует преследовать в отношении наших восточных границ» 8.[стр. 410]

8. Там же, стр. 55—56.

О том, какие именно «политические цели» имел в виду Штреземан, можно судить по его секретному письму к бывшему германскому кронпринцу от 7 сентября 1925 г. «На мой взгляд, — писал Штреземан, — перед германской внешней политикой на ближайший период стоят три большие задачи: во-первых, благоприятное для Германии разрешение репарационного вопроса и обеспечение мира, как предпосылки для будущего укрепления Германии. Во-вторых, я отношу сюда защиту немцев, живущих за границей, т. е. тех 10—12 миллионов соотечественников, которые в настоящее время живут в чужих странах, под иноземным ярмом. Третья крупная задача — исправление восточных границ, возвращение Германии Данцига, Польского коридора и исправление границы в Верхней Силезии. В перспективе — присоединение немецкой Австрии, хотя я вполне отдаю себе отчет в том, что это не только принесет пользу, но и весьма осложнит «проблему Германской империи»» 9.

9. Gustav Stresemann. Vermächtnis, Bd II, S. 553.

Напрасно искало французское правительство поддержки у своего британского союзника в вопросе о признании Германией неприкосновенности границ восточноевропейских союзников Франции. Это противоречило политическим целям Великобритании, озабоченной в тот момент именно тем, чтобы направить взоры германского империализма на восток. Чемберлен писал 18 марта английскому послу в Берлин: «Мы не примем на себя никаких новых обязательств относительно каких-либо границ, за исключением границ между Германией, с одной стороны, и Францией и Бельгией — с другой» 10.

10. Ch. Petrie. The Life and Letters of the Right Hon. Sir Austin Chamberlain, vol. II. London, 1940, p. 267.

Отказ Англии от гарантии польско-германской и чехословацко-германской границ, а также ее возражения по ряду других важных условий будущего гарантийного пакта ставили Францию и ее восточных союзников в трудное положение.

Министр иностранных дел Польши Скшиньский
Александр Юзеф
СКШИНЬСКИЙ
(1882 — 1931)
польский государственный деятель. Министр иностранных дел в 1922—1926 г., премьер-министр в ноябре 1925 — мае 1926 годов.
(См.: Биографию)
разъезжал по европейским столицам, добиваясь гарантий для польских границ с Германией. В Берлине приняли меры, чтобы нейтрализовать деятельность польской дипломатии. Статс-секретарь Шуберт уверял д’Абернона, что «польский вопрос —больше русский вопрос, чем немецкий» и, следовательно, опасность Польше грозит не со стороны Германии, а со стороны СССР.

Сильное давление оказывал на Польшу британский Форин-оффис. «Я объяснил Скшиньскому, — говорил Чемберлен, — что [стр. 411] гарантийный пакт, обеспечивающий Польшу со стороны Германии, позволил бы ей лучше следить за своими интересами в том, что касается России».

Дипломатия Чехословакии также подверглась обработке. 1 апреля 1925 г. министр иностранных дел Бенеш
Эдвард БЕНЕШ
(1884 — 1948)
государственный и политический деятель Чехословакии; министр иностранных дел в 1918—1935 и Премьер-министр 1921—1922, президент Чехословакии в 1935—1948.
(См.: Биографию)
заявил, что чехословацкое правительство «согласно в принципе рассматривать германские предложения и договоры об арбитраже».

В феврале 1925 г. в Германии произошли значительные внутренние изменения. 28 февраля умер президент Эберт
Фридрих ЭБЕРТ
(1871 — 1925)
немецкий социал-демократ, один из лидеров СДПГ. Первый рейхсканцлер Германии после Ноябрьской революции 1918 г., первый президент Германии 1919—1925).
(См.: Биографию)
. Его сменил старый фельдмаршал Гинденбург
Пауль Людвиг фон
ГИНДЕНБУРГ
(1847 — 1934)
немецкий военный и политический деятель, генерал-фельдмаршал, начальник Генерального штаба Германии (1916—1919). Рейхспрезидент Германии (1925—1934).
(См.: Биографию)
. Это означало не только усиление реакционно-монархических настроений. Программная речь нового президента в рейхстаге о Данциге (Гданьске), Польском коридоре и Верхней Силезии окрылила германских империалистов. В то же время в связи с продлением французской оккупации Кёльнской зоны в германском народе разжигались шовинистические настроения.

Все это требовало скорейшего ответа на германское предложение. Однако в апреле 1925 г. во Франции произошел правительственный кризис, в результате которого на смену правительству Эррио пришел кабинет Пенлеве — Бриана. Только 12 мая 1925 г. новый министр иностранных дел Франции Бриан
Аристид БРИАН
(1862 — 1932)
французский политический деятель, неоднократно премьер-министр Франции с 1909 по 1929, министр иностранных дел, внутренних дел, военный и юстиции. Лауреат Нобелевской премии мира 1926
(См.: Биографию)
направил в Лондон проект ответной ноты Германии.

Правительство Англии согласилось с требованием Франции, чтобы вступление Германии в Лигу наций было «основным условием пакта безопасности», — это полностью соответствовало английским планам. Кроме того, в Лондоне учитывали, но словам Штреземана, что принадлежность Германии к Лиге наций «способствовала бы в большей степени, нежели заключение одного только арбитражного договора, тому, чтобы успокоить волнения Польши и утешить Францию, оплакивающую кончину Женевского протокола». Как правильно угадывал Штреземан, «Англия хотела бы положить конец осложнениям на континенте, дабы развязать себе руки для достижений других своих целей». Сам Штреземан не стал ставить точки над «i» и не пояснил, о каких «своих целях» помышляла Великобритания, но Брокдорф-Ранцау, в письме к которому содержались цитируемые слова германского министра иностранных дел, сделал к этому месту письма пометку: «Разумеется, против Советской России» 11.

11. «Локарнская конференция 1925 г.», стр. 57.

Два года спустя, в июне 1927 г., английский журнал «Форт-пайтли ревью», известный своей близостью к Форин-оффису, еще более определенно поведал своим читателям, что «одной из основных побудительных причин допущения Германии в Лигу [стр. 412] наций была уверенность или, по крайней мере, мысль о том, что, став членом Лиги наций, Германия сама порвет с СССР или будет оторвана от него и свяжет себя с остальной Европой против большевистской опасности».

Пошло навстречу Франции английское правительство и в том, что «пакт, предложенный Германией, ни в коей мере не может противоречить Версальскому договору».

Вместе с тем правительство Великобритании выступило против явно выраженного стремления Франции связать своего британского партнера более действенными обязательствами по пакту, и прежде всего в отношении польских и чехословацких границ с Германией. В своем ответе Бриану от 28 мая 1925 г. Чемберлен вновь повторил, что основным принципом, которым руководствуется английское правительство, «есть и должно быть то, что всякое новое обязательство, которое оно принимает на себя, должно быть конкретным и ограничиваться задачей сохранения существующего территориального порядка на западной границе Германии». Форин-оффис отказался также поддержать предложение Франции о том, что арбитражные договоры и Рейнский пакт должны образовать одно неделимое целое.

...Переговоры о гарантийном пакте, писал Г. В. Чичерин, принимают характер франко-английского единоборства при большой близости между Англией и Германией.

Поправки английского правительства были настолько категорическими, что французское правительство вынуждено было принять их, чтобы на будущей конференции не оказаться один на один с Германией. К такому решению толкали Францию также господствующие политические тенденции во французских реакционных кругах, стремившихся, подобно английским империалистам, к организации единого антисоветского блока.

16 июня посол Франции в Берлине вручил Штреземану ответ союзных держав на германские предложения. В этот же день текст ответа был сообщен Бельгии и Италии.[стр. 413]

Италия и гарантийный пакт.

Вверх


Категория: Германский меморандум о Рейнском пакте | Теги: А. Бриан, Г. Штреземан, Ф. Штамер, О. Чемберлен, Э. Эррио, Г. В. Чичерин, В. Куно, Э. Д’Абернон, С. Болдуин, К. фон Шуберт
Просмотров: 1760 |