Главная » Документы и исследования » Организация Объединенных Наций (ООН) » 1946. Иранский вопрос

Выступление главы делегации Ирана Такизадэ на Генеральной Ассамблее ООН при обсуждении отчета Подготовительной комиссии, 15 января 1946
15.01.2005, 21:22
ООН. Генеральная Ассамблея. Официальные отчеты: Первая сессия, Первая часть, Пленарные заседания. — Нью-Йорк: ООН, 1947, стр. 73—74

Хассан ТАКИЗАДЭ (Иран) (говорит по-английски): Моя страна, которая является членом Объединенных Наций с самого ее основания, честно трудилась для осуществления главной своей задачи — победы. Предоставлением всех своих ресурсов в распоряжение союзников для военных целей, лойяльным сотрудничеством с ними и своим посильным вкладом в общее дело Иран настолько помог делу союзников, что заслужил имя — «мост победы». Эти заслуги были признаны и торжественно провозглашены главами трех великих держав — покойным президентом Рузвельтом
Франклин Делано
РУЗВЕЛЬТ
(1882 — 1945)
32-й президент США (4 марта 1933 — 12 апреля 1945) от Демократической партии.
(См.: Биографию)
, г-ном Черчиллем
Уинстон
ЧЕРЧИЛЛЬ
(1874 — 1965)
премьер-министр Великобритании 10 мая 1940—27 июля 1945
(См.: Биографию)
и маршалом Сталиным Иосиф Виссарионович
СТАЛИН
(1879 — 1953)
Председатель Совета народных комиссаров (Совета Министров) СССР 6 мая 1941—5 марта 1953
(См.: Биографию)
— в знаменитой Тегеранской декларации.

В Сан-Франциско мы участвовали в создании Объединенных Наций и имели честь наряду с тринадцатью другими нациями быть избранными в члены Исполнительного комитета Подготовительной комиссии, в котором мы работали с рвением, чтобы подготовить основу этой великой организации, которая сейчас начинает свою работу. Мы продолжали участвовать в работе Подготовительной комиссии и внесли свою скромную долю в подготовку доклада, который сейчас перед вами. Мы твердо решили добросовестно трудиться для обеспечения успеха этого великого опыта, [стр. 73] имеющего целью предохранить человечество от агрессии, нарушений мира и от экономических бедствий.

Поэтому нам кажется, что, как миролюбивый и лойяльный член этой всемирной Организации, мы вправе выразить свои надежды и опасения перед семьей народов, и что теперь, когда Организация приступает к выполнению своих обязанностей и взоры всего мира зорко следят за тем, какие способы изберет Организация для того, чтобы следовать по намеченному пути, нам будет разрешено сказать несколько слов относительно настоящего положения в Иране — положения, которое, несомненно, затрагивает самый принцип, который лег в основу Организации.

Присоединяясь к представителям свободолюбивых народов мира в выражении надежды на мирную и зажиточную жизнь для всех народов на их собственной земле, жизнь свободную от страха агрессии и вмешательства извне, при поддержке Объединенных Наций, — я хотел бы сказать, что моя страна имеет много веских оснований приветствовать создание этого учреждения, как источника надежды и в особенности как хранителя прав малых наций.

Нам бы очень хотелось, чтобы подобно многим из наших коллег мы присутствовали на этой Ассамблее, необремененные серьезными заботами и могли бы ограничиться в настоящей сессии простым выражением надежды и веры в будущее, а также заявлением о наших взглядах по вопросам, могущим представиться нам в связи с текущей работой.

Но мы не можем воздержаться от того, чтобы не упомянуть о весьма тревожном положении, которое наблюдается в Иране. Как вам известно, Иран в настоящее время поставлен лицом к лицу с затруднениями международного характера и переживает весьма тревожный период. Эта ситуация как раз такого рода, как это предусмотрено в статье 14 Устава, и несомненно могла бы быть представлена Генеральной Ассамблее для рассмотрения в настоящей сессии, как ситуация, которая «могла бы нарушить . . . дружественные отношения между нациями».

Однако, не теряя надежды на такое разрешение, которое не нарушило бы жизненных прав и не было бы несовместимым с территориальной неприкосновенностью, независимостью и суверенными правами нашей древней и миролюбивой страны, мы в последний момент воздержались, хотя и неохотно, от того, чтобы потребовать до 5 января включить наше дело в повестку дня Ассамблеи.

Итак, все еще надеясь, что не все пути и способы достижения удовлетворительного разрешения исчерпаны, и что некоторые переговоры, которые мы имеем в виду для достижения мирного разрешения, еще окажутся успешными, мы хотели избавить эту великую Ассамблею, у которой на руках столько обязанностей учредительного и организационного характера, от необходимости рассмотрения этой международной проблемы в самом начале ее деятельности, хотя эта проблема и является одной из тех, для разрешения которых создана настоящая Организация.

Тем не менее я считаю своим долгом обратить внимание Генеральной Ассамблеи на тот факт, что мы должны сохранить за собой право представить Ассамблее вопрос, касающийся затруднений, переживаемых сейчас нашей страной и, в случае если скорое разрешение его не будет достигнуто, просить вас заняться им. Если этот вопрос будет вам передан, он несомненно явится пробным камнем, и Организация сможет применить на практике свои принципы справедливости и свою способность защитить насущные права членов, так как вопрос этот является вопросом принципа и будет иметь решающее значение для малых наций, которые возложили все свои надежды на это учреждение, являющееся центром надежд всего человечества, и на Советы, избранные им.

Я не могу выразить эту мысль более удачно, чем прибегнув к словам, произнесенным раньше некоторыми выдающимися лидерами этого учреждения, в частности, во время дебатов в Сан-Франциско, относительно права «вето» великих держав, когда выдающиеся лица, как например, сенатор Ванденберг
Артур Хендрик
ВАНДЕНБЕРГ
(1884 — 1951)
американский политик-республиканец; Незадолго до открытия конференции в Сан-Франциско выступил с поправками и дополнениями к уставу будущей ООН
(См.: Биографию)
, заверили нас, что мы можем иметь полное доверие к великим державам, которые не будут злоупотреблять своей силой и могуществом в ущерб малым нациям.

Подобным же образом, в своей вступительной речи при открытии Генеральной Ассамблеи, Председатель
Эдуардо
СУЛЕТА АНХЕЛЬ
(1899 — 1973)
колумбийский государственный деятель; председатель Подготовительной комиссии Первой Генеральной Ассамблеи ООН
(См.: Википедию)
обещал нам, что малые нации всегда будут иметь возможность выразить свое мнение в свободной и демократической обстановке 1. Эти же пункты также были подчеркнуты одним из видных и уважаемых членов этой Ассамблеи, а именно государственным секретарем Соединенных Штатов Америки, 24 ноября прошлого года, когда он писал: «Страны, как, например, Иран, поощрялись на конференции Объединенных Наций в Сан-Франциско полностью довериться дружеским намерениям и доброжелательству постоянных членов Совета Безопасности». Далее г-н Бирнс
Джеймс Фрэнсис
БИРНС
(1882 — 1972)
американский политик-демократ, Государственный секретарь США с 3 июля 1945 — 21 января 1947
(См.: Биографию)
заявил, что правительство Соединенных Штатов Америки было уверено, что другие великие державы «имея дело с такими странами как Иран, не менее, чем Соединенные Штаты Америки, старались придерживаться линии поведения, которая ясно показала бы, что доверие этих стран к постоянным членам Совета Безопасности вполне обосновано».

1. Эдуардо Зулета-Анхел, стр. 31.

Мы не ищем какой-либо награды за всю нашу верную службу справедливому делу Объединенных Наций. Мы только ожидаем, в силу нашего неотъемлемого права и во имя международной справедливости, на которой основан Устав, что принципы, содержащиеся в статьях 1 и 2 Устава, и особенно пункты 3 и 4 статьи 2, будут строго и честно выполнены в нашем случае. [стр. 74]

ООН. Генеральная Ассамблея. Официальные отчеты: Первая сессия, Первая часть, Пленарные заседания. — Нью-Йорк: ООН, 1947, стр. 73—74

 

Вверх


Категория: 1946. Иранский вопрос | Теги: иранский вопрос
Просмотров: 14 |