История дипломатии. Том 5. Книга 1. Оглавление

Глава девятая

Дипломатическая борьба за прекращение войны в Корее

  1. Истоки интервенции
    • Развязывание империалистическими силами и их марионетками агрессивной войны против КНДР

Важнейшей задачей своей внешней политики КНДР считала содействие мирному объединению Кореи, расколотой в результате создания Соединенными Штатами антинародного лисынмановского марионеточного режима. Усилия КНДР в этом вопросе пользовались поддержкой широких народных масс в обеих частях страны. В июне 1949 г. по инициативе ряда политических партий и общественных организаций Южной Кореи был образован Единый демократический отечественный фронт (ЕДОФ) Кореи, потребовавший полного вывода американских войск из южной части страны и предоставления корейцам права самим решать свою судьбу. Обращение съезда было направлено генеральному секретарю ООН Трюгве Ли. В мае 1950 г. ЦК ЕДОФ, представляющий партии и организации всей Кореи, предложил провести общекорейские выборы и на их основе объединить страну. 19 июня ЕДОФ вместе с Верховным народным собранием КНДР призвал осуществить к 15 августа слияние высших органов власти обеих частей страны, с том чтобы сформировать коалиционное правительство и подготовить всеобщие выборы.

Лисынмановский режим отвечал на все эти призывы жестокими репрессиями против демократических сил. Он рассчитывал с помощью США захватить КНДР, чтобы ценой превращения всей страны в американскую полуколонию расширить и укрепить власть южнокорейских помещиков и капиталистов. В июне 1949 г. США были вынуждены заявить о выводе своих войск из Южной Кореи. Этот шаг они предприняли под давлением общественного мнения и требований демократических сил Кореи, учитывая, что СССР отозвал свои вооруженные силы еще в 1948 г. Американское правительство надеялось также упрочить положение лисынмановцев, создав видимость их самостоятельности. Но кризис марионеточного режима продолжал [стр.274] углубляться; население все настойчивее требовало проведения на Юге демократических преобразований. Положение лисынмановского режима становилось настолько непрочным, что, как считали американские ведомства — государственный департамент, дальневосточное командование, разведка и военное министерство, он был накануне падения (D. F. Fleming. The Cold War and Its Origins. 1917—1960, vol. II, London, 1961, p. 599.). Выход лисынмановцы видели в развязывании военного конфликта, который бы привел к вмешательству США. «Я твердо убежден, — писал 30 сентября 1949 г. «президент» Ли Сын Ман своему советнику по политическим вопросам американскому профессору Роберту Оливеру, — что сейчас наиболее подходящий момент, чтобы предпринять агрессивные меры. Мы отбросим солдат Ким Ир Сена в горные районы и там постепенно уморим их голодом. Я уверен, что мы разрешим этот вопрос в разумно короткий срок, если нам позволят это сделать» («Documents and Materials Exposing the Instigators of the Civil War in Korea. Documents from the archives of the Rhee Syngman Government». Pyongayng 1950, p. 36.). Даже комиссия ООН по вопросу о Корее констатировала, что южнокорейские власти готовились силой распространить свой контроль на всю страну (ООН. ГА. Пятая сессия. Документ А/1350.).

Эти планы находили полную поддержку военно-промышлен-ного комплекса США. Не оставляя попыток с помощью «холодной войны» изменить неблагоприятный для капитализма ход мирового развития, вдохновители «политики силы» мечтали добиться этого посредством оружия. С помощью военных действий они рассчитывали ослабить и, если удастся, повернуть социалистические страны на путь капитализма, подорвать национально-освободительное движение и укрепить колониализм. Война была нужна им, чтобы, осложнив международную обстановку, укрепить Североатлантический блок, усилить гонку вооружений, форсировать милитаризацию Западной Германии и Японии. Американские империалисты рассчитывали также использовать конфликт на Дальнем Востоке, чтобы ликвидировать КНДР, усилить позиции гоминьдановского тайваньского режима и помешать укреплению Китайской Народной Республики.

Еще 24 августа 1948 г. было заключено секретное американо-южнокорейское военное соглашение о создании южнокорейской армии под контролем американской военной миссии. В январе 1949 г. исследовательская группа государственного департамента США пришла к выводу о необходимости «успехами в Корее компенсировать дипломатические неудачи, испытываемые[стр.275]

повсюду в Азии». В апреле южнокорейский посол в Вашингтоне Чан Мен сообщил в Сеул о рекомендации, полученной в штабе армии США, усилить подрывную деятельность в КНДР, чтобы подготовить утверждение там контроля лисынмановского режима. В январе 1950 г. между США и Ли Сын Маном были подписаны соглашения о расширении деятельности американских военных советников и поставок военных материалов из США. В связи с растущим движением за мирное объединение Кореи, конгресс США, утверждая в феврале ассигнования для лисынмановцев, оговорил, что всякая помощь будет прекращена, если корейцы сформируют коалиционное правительство с участием хотя бы одного представителя любой партии, контролирующей Северную Корею (См. И. Стоун. Закулисная история войны в Корее. М., 1953, стр. 35.). Подстрекательный характер имело заявление начальника американского управления по экономической помощи Южной Корее Джонсона 9 мая 1950 г. в бюджетной комиссии палаты представителей о том, что «сто тысяч офицеров и солдат южнокорейской армии, оснащенных оружием США и подготовленных американцами, находятся в полной готовности и могут начать войну в любой момент» («Истинная история того, как США развязали агрессииную войну в Корее». Пхеньян. 1967, стр. 4.).

Руководимые 500 американских советников вооруженные силы Южной Кореи лишь с января 1949 г. по апрель 1950 г. 1274 раза вторгались в КНДР на суше, 133 раза — с моря и с воздуха. Провал ряда видных лисынмановцев на майских выборах в 1950 г. и выступления народных масс Южной Кореи в поддержку предложений КНДР о мирном объединении страны побудили южнокорейских правителей форсировать военную авантюру. 13 июня 1950 г. они объявили «получрезвычайное положение». В эти критические дни Южную Корею посетил советник государственного департамента Джон Фостер Даллес. Он прилетел из Токио, где совещался с командующим американскими войсками на Дальнем Востоке генералом Макартуром, военным министром США Л. Джонсоном и начальником объединенной группы начальников штабов О. Брэдли. Даллес обследовал район 38-й параллели и, выступая перед частями «армии национальной обороны», высказал убеждение, что им «не может противостоять самый сильный противник» и что недолго ждать момента, когда они смогут проявить свою силу. В южнокорейском «национальном собрании» Даллес заверил, что Соединенные Штаты окажут лисынмановцам моральную и материальную помощь в борьбе против коммунизма.

21 июня по возвращении из Токио он заявил, что вскоре последуют «позитивные действия» на Дальнем Востоке.[стр.276]

25 июня в 4 часа утра лисынмановские войска предприняли вторжение в КНДР. Всего за несколько часов до этого, по просьбе военной миссии США, норвежское судно «Рейнхольт» эвакуировало из Южной Кореи 650 членов семей американского персонала («New York Herald Tribune», 26. VIII. 1950.). Бывший английский дипломат Джон Пратт, находившийся в Токио накануне войны, считал, что Даллес и его единомышленники побудили Ли Сын Мана начать военные действия, так как не считали возможным спасти марионеточный режим иными способами (Wint Guy. What Happened in Korea? A Study of Collective Security. London, 1954, p. 13.).

В ответ на нападение правительство КНДР потребовало, чтобы лисынмановцы немедленно прекратили военные действия, и предупредило о принятии в противном случае решительных мер. Поскольку вторжение продолжалось, народная армия КНДР получила приказ перейти в контрнаступление. Обращаясь к народу, председатель Кабинета министров КНДР Ким Ир Сен подчеркивал, что «война, которую мы ведем против навязанной нам предательской кликой Ли Сын Мана междоусобицы, является справедливой войной за объединение, независимость, свободу и демократизацию родины» (Ким Ир Сен. Справедливая отечественная освободительная война корейского народа за свободу и независимость. Пхеньян, 1955, стр. 12.). Лисынмановские войска, как признал Макартур, не проявили «способности к сопротивлению или желания вести борьбу» (H. Truman. Memoirs, vol II. New York, 1956, p. 337.). Антинародный режим провалился в результате собственной провокации. Развязанная им война закончилась бы воссоединением Кореи в соответствии с волей народа, если бы не военное вмешательство США, предпринятое ради осуществления их агрессивных планов.[стр.277]